Как понять функциональное поведение ребёнка: разбор 5 типичных случаев

Миша, 5 лет. Каждый поход в магазин превращается в кошмар: ребёнок хватает с полки игрушку или сладость, а когда мама отказывает — падает на пол, кричит, топает ногами. Мама в ужасе от взглядов окружающих и в 8 случаях из 10 покупает желаемое, лишь бы прекратить скандал.

Доступ к желаемому. Миша очень быстро выучил простую цепочку: «крик → мама сдаётся → я получаю то, что хочу». Поведение подкрепляется результатом — и закрепляется намертво.

• Разорвали подкрепление. Мама перестала покупать что-либо во время истерики. Полностью. Ни разу. Даже если Миша кричал 40 минут.
• Ввели визуальное расписание. Перед походом в магазин — картинка-правило: «Сегодня покупаем только продукты. Игрушки — в другой раз».
• Научили альтернативному поведению. Мишу научили показывать на нужный предмет и говорить «хочу, но позже» — и получать за это похвалу и маленькую награду дома.
• Подкрепили спокойное поведение. Если Миша ведёт себя в магазине хорошо — дома его ждёт маленький сюрприз.

Аня, 4 года. Как только мама берёт в руки телефон или начинает разговор с подругой/папой/бабушкой, Аня начинает бить маму, щипать, кричать, вырывать телефон. Иногда — кидать в маму игрушки.

Получение внимания. Когда мама занята, Аня не умеет другим способом вернуть её внимание. Агрессия работает моментально: мама бросает телефон, ругает, обнимает, утешает — всё это внимание. Для ребёнка не важно, какое именно — важно, что оно есть.

• Ввели «специальное время». 15 минут в день — мама полностью принадлежит Ане: телефон отложен, игры только те, что хочет дочка. Это профилактика «голода по вниманию».
• Научили альтернативному способу. Аня получила «карточку внимания» — когда она хочет, чтобы мама её заметила, она приносит карточку. Мама реагирует в течение 30 секунд.
• Перестали подкреплять агрессию. При ударе — минимум эмоций, спокойное «бить нельзя», и мама продолжает разговор. Аня не получает желаемого.
• Подкрепляли правильное поведение. Как только Аня приносит карточку или играет спокойно — мама сразу даёт ей внимание и похвалу.

Тима, 7 лет, РАС. Любая просьба — «оденься», «сядь за стол», «собери рюкзак» — вызывает протест: Тима ложится на пол, закрывает уши, повторяет «не хочу, не буду». Родители сначала уговаривают, потом ругаются, потом делают всё за него — лишь бы не было скандала.

Избегание задачи. Тима научился: если достаточно сильно сопротивляться — взрослые отстанут и сделают всё сами. Это классическое негативное подкрепление: поведение закрепляется, потому что убирает неприятное требование.

• Проанализировали сложность задач. Оказалось, часть требований была для Тимы объективно трудной (застёгивать пуговицы, завязывать шнурки). Мы разбили их на микрошаги и научили по отдельности.
• Ввели визуальную поддержку. Утреннее и вечернее расписание в картинках — Тима видит, что именно и в каком порядке нужно сделать.
• Перестали «спасать» от задач. Родители перестали делать за Тиму то, что он может сам. Спокойно, без эмоций, возвращали к задаче.
• Добавили систему подкрепления. За каждое выполненное действие — жетон. 10 жетонов = маленькая награда (прогулка в парк, любимая игра с папой).
• Использовали принцип «сначала — потом». «Сначала одеваемся — потом мультики». Чётко, предсказуемо, без торга.

Лев, 6 лет, РАС. В моменты волнения (шумное место, незнакомые люди, ожидание) Лев начинает интенсивно махать руками, раскачиваться, кружиться на месте. Родители пытаются его остановить — одёргивают, усаживают, ругают. Становится только хуже.

Сенсорная саморегуляция. Это поведение не направлено на получение чего-то извне — оно нужно самому ребёнку, чтобы справиться с перегрузкой нервной системы. Через движение Лев «сбрасывает» напряжение.

• Перестали запрещать. Запрет саморегуляторного поведения = лишение ребёнка единственного способа справиться со стрессом. Это жестоко и неэффективно.
• Ввели сенсорную диету. Утренняя «разрядка» — батут, утяжелённое одеяло, сенсорная коробка. Это снижает общий уровень напряжения в течение дня.
• Научили альтернативным способам регуляции. Глубокое давление (объятия, массаж), жевательные игрушки, наушники с шумоподавлением — когда Лев чувствует, что нарастает напряжение.
• Предотвращали перегрузку. Планировали выходы в людные места на «спокойное» время, брали с собой «набор выживания», делали перерывы.

Соня, 8 лет, РАС. Каждый день ходит в школу одним и тем же маршрутом. Однажды дорога была перекрыта, и мама повела её другой. Соня закричала, села на тротуар, отказалась идти. Дома — та же история: если папа пришёл с работы не в обычное время, если вместо каши на завтрак — омлет, если вместо мультиков перед сном — чтение книги.

Потребность в предсказуемости и контроле. Для детей с РАС рутина — это не каприз, а способ чувствовать себя в безопасности. Любое изменение = угроза. Истерика здесь — это реакция на потерю контроля, а также попытка «вернуть всё как было» (избегание нового).

• Максимальная визуализация. Ежедневное расписание в картинках, чек-листы, таймеры. Соня всегда видит, что будет дальше.
• Предупреждение об изменениях заранее. Если завтра что-то изменится — мама рассказывает об этом с вечера, показывает на расписании, проигрывает в ролевой игре.
• Тренировка гибкости в безопасной обстановке. Мы специально, маленькими шагами, меняли привычный порядок — и хвалили Соню за спокойную реакцию. Начинали с мелочей (другая чашка, другая дорога до магазина), постепенно усложняя.
• Ввели «карточку изменений». Когда что-то всё-таки меняется внезапно, Соня получает карточку — это сигнал, что сейчас будет непривычно, но мама рядом и всё под контролем.